— Может, я ей ….? — усмехнулся Никита, — раз уж ты, братец, жену свою приструнить не можешь. Она в мою сторону почему рот открывает…
— Может, я ей ….? — усмехнулся Никита, — раз уж ты, братец, жену свою приструнить не можешь. Она в мою сторону почему рот открывает? Да именно мне вы всем обязаны! Это я тебе, тряпка, работу дал. Если бы не я, ты бы, Гришка, на помойке вместе с детьми жил бы.
Я была намерена во что бы то ни стало избавиться от назойливого «гостя». Мужа я трясла с утра:
— Гриш, мне это надоело уже так, что просто не передать словами! Или ты сам поговоришь со своим обозревшим в край братцем, или это сделаю я! — меня уже реально трясло от гнева.
— Юль, ну не заводись… Ты же знаешь, как Никите трудно сейчас… — супруг попытался сделать глаза олененка Бэмби из популярного диснеевского мультфильма, чем только разозлил меня еще сильнее.
— Он живет в нашей квартире, он ест за наш счет, я на него стираю, так еще и денег постоянно просит! — орала я, размахивая полотенцем.
— Это временно.
— Это временно уже полгода! Сколько еще это будет продолжаться, м? Я тебе мать Тереза что ли, всех сирых и убогих обстирывать и кормить?
Муж тяжело вздохнул:
— Я поговорю с ним. Обещаю.
— Сделай милость, или с ним поговорю я. И разговор у нас будет короткий, я тебе гарантирую!
Этот скандал назревал давно.
Все началось полгода назад, когда старший брат моего мужа Никита попросил пожить у нас. Нет, не даром. Сначала он помог моему супругу, а потом попросил об ответной услуге.
***
Мы тогда только поженились с Гришей. У меня была дочка от первого брака, трехлетка. Отношения с ребенком у нового супруга сложились замечательные, ко мне Гриша тоже относился внимательно, и я считала, что мне повезло. Почти сразу забеременела вторым сынишкой, родился Вася. Мы прозвали его Васильком за синие глазки, которые и после трех лет остались удивительного красивого цвета полевых цветов, что так любят расти во ржи.
В остальном было все как у всех — копили на первый взнос, на ипотеку. Пока жили на съемном, хоть мои родители и звали нас в свою просторную трешку.
— Чего вы деньги чужому дяде платите? — возмущался отец, — Чего вам у нас не живётся? Места хватает, две свободных комнаты! Вам отдельная будет, и внукам — соседняя. Дочка, но ведь так будет удобнее! Мать поможет когда-никогда. Да и ты, если что случится, её подстрахуешь. Большой общиной жить проще, друг другу помогать станем. И дело у вас со сбережениями быстрее пойдёт — больше откладывать получится.
Честно сказать, предложение папы меня заинтересовало. Я тоже, как и он, видела довольно-таки много плюсов в совместном проживании. У нас бы с Гришей появилось больше свободного времени. Мои мама и папа охотно вечерами бы занимались дочерью и сыном, а мы могли бы почаще выбираться в кино или театр. Это во-первых. Во-вторых, получалось бы существенно сэкономить. Если переехать к родителям, то снимать квартиру больше не придётся. И эти деньги мы могли бы откладывать и намного быстрее накопить на первоначальный взнос. В-третьих, папа был прав. Мы с мамой просто подменяли бы друг друга, я не так бы уставала.
К Грише с предложением переехать подкатилась, но он его сразу же отверг.
— Нет, это неудобно. Я не хочу тёщу и тестя стеснять, — объяснил мне муж, — как-то это неправильно. Мы — взрослые люди, уже давно состоявшиеся, и будем жить, как студенты, у родителей? Надо мной друзья смеяться будут, если узнают! Давай останемся тут? Привыкли уже ведь, обжились. Да не так долго терпеть осталось. Годик-полтора, и собственную квартиру приобретём.
Немного подумав с мужем, я всё же согласилась. Пора уже давно жить самостоятельно. Я должна родителям помогать, а не они мне. Надо сказать, что у Гриши отношения с тещей и тестем сложились теплые. Мама моя ласково называла Гришку «сыночком», и папа его сразу принял. Я со свекровью, кстати, тоже подружилась.
Ирина Дмитриевна была женщиной строгой, волевой, но справедливой. Я ей нравилась, но в нашу с супругом жизнь она не лезла. Сыновей она подняла одна — ее супруга не стало очень рано, и свекровь осталась с малышами на руках. Разница у Гриши и Никиты была всего четыре года.
Григорий вырос рассудительным, спокойным. А вот Никита был шебутной, вечно с какими-то идеями, но зато имел предпринимательскую жилку. Он и основал в итоге свою мастерскую, куда втянул работать моего супруга.
На самом деле я ему была благодарна. Никита со своим предложением подвернулся очень вовремя. Мы тогда сильно нуждались в деньгах. У Гриши проблемы с работой начались за пару месяцев до рождения младшего сына. Он как-то пришёл с работы и мне заявил:
— Что-то мне не нравится отношение начальства к нам, сотрудникам.
— В каком смысле? — не поняла я, — Что ты имеешь в виду?
— Понимаешь, — протянул Гриша, — в последнее время шеф всё чаще и чаще позволяет себе указывать нам на наше место. Если у какого-то сотрудника возникает претензия —любая, причём — начальник ему говорит: «Не устраивает — выметайся. Тебя здесь никто не держит. Ты официально не оформлен». Вот недавно Димка пожаловался на кресло. Говорит, что оно вот-вот развалится. Он несколько раз болтики подкручивал, но это не спасает — кресло всё расхлябанное. Просто попросил выдать ему хотя бы стул, чтобы можно было спокойно работать за компьютером. Шеф взбеленился, разорался и выдал гневную тираду о том, что мы в его компании — никто.
— Вот это и плохо, — согласилась я с мужем, — у вас нет никакой гарантии. Вы и правда законом не защищены. У него хотя бы компания-то зарегистрирована или он услуги населению в черную оказывает?
— Не знаю, — пожал плечами Григорий, — в любом случае, нужно как-то подстраховаться. Новое место, что ли, начать искать?
Гриша потерял работу практически сразу после рождения Василька. Его просто выставили на улицу, так даже ничего и не заплатив, потому что контора все-таки была неофициальной. Я тогда была в отчаянии — двое маленьких детей, оплата за аренду, пустой холодильник… Не дай бог такое ни одной женщине пережить!
А дела у Никиты быстро пошли в гору. Он быстро оброс клиентами, стал брать много заказов. Гришка стеснялся просить у брата помощи, но он ее предложил сам. Приехал как-то и заявил:
— Я один не справляюсь, мне толковый зам нужен. Пойдёшь? Тебе я полностью доверяю, поэтому часть работы с великим удовольствием отдам. Деньгами не обижу, по этому поводу даже не переживай!
Конечно, Гришка согласился. А куда нам было деваться? В коллектив он влился быстро, со всеми мужиками общий язык нашёл. Несколько месяцев отработал, дела у нас наладились, а потом уже муж ко мне обратился с просьбой.
— Золотце, у Никиты большие проблемы сейчас…
— Какие? — испугалась я.
— Да с жильём. Что-то у него с квартирой не ладится, перекантоваться негде. Может быть, он немного поживёт у нас? Дочку к нам заберём, а ему пока детскую отдадим. Ты не переживай, это ненадолго. Как только решит свои жилищные проблемы, тут же от нас съедет.
— Гриш, это обязательно? — спросила я, — Как мы вчетвером в одной комнате?
— Я брату обязан, — объяснил мне муж, — если бы не он, я, наверное, бы до сих пор сидел без работы. Не могу я ему отказать, понимаешь?
В итоге за подаренную работу с неплохой оплатой Никита напросился жить к нам. Мы отказать не могли, так как и правда считали себя обязанными. Это было бы черной неблагодарностью.
Свекровь, кстати, нашего решения не одобрила. Когда она узнала, что Никита переехал к нам, сказала:
— Зря!
Я не поняла почему, но потом жизнь все расставила на свои места и то слово свекрови мне вспоминалось частенько.
***
Поначалу все было хорошо. Я сидела в декрете с малышом, готовила на мужа и деверя, на детей и себя. Убиралась, водила старшую дочку в детский сад, гуляла с Васей на площадке у дома. Мы снимали квартиру в новостройке, тут было много молодых семей с ребятишками, и песочница всегда была полна веселых карапузов с совочками и ведерками.
Но где-то спустя месяца полтора после вынужденного «пополнения» нашего семейства Никита стал вести себя как хозяин жизни. В мастерской практически не появлялся — разве что выручку забрать. Кстати, штат он сократил, трех прекрасных мастеров уволил, все взвалил на Гришку. А заказы продолжал брать в прежнем объеме.
— Кризис, брат, — объяснял Никита Грише, — не могу я пока нескольким мебельщикам платить. Долги у меня кое-какие по бизнесу появились, я ведь деньги на раскрутку одалживал у знакомых. Обговаривали один срок, теперь им срочно сумма эта понадобилась. В общем, туго пока!
Дома со мной Никита тоже вел себя как барин-самодур. Разбрасывал всюду свои носки, требовал, чтобы я на него стирала, постоянно критиковал.
— Это что, борщ? Я уже до дна добрался, а с мясом так и не встретился! — говорил Никита…
